Не понимай меня

Не понимай меня, но обнимай, —
есть тот язык, что слышен только телу.

Коты и травы славят щедрый май,
бутоны ждут пчелиного расстрела,
дрожа от душной тяжести пыльцы,
и мир почти лишается рассудка,
когда поёт в ночи пастушья дудка
о нимфе, оголяющей сосцы.

Всё было здесь — и снова повторю.
Как тьма и свет есть сущность меццо-тинто,
так сила вечно жадного инстинкта
есть сущность жизни.

Высохший урюк,
и тот скрывает лакомый задел
под мякотью, в которой вязнут зубы,
поэтому, не мудрствуя сугубо,
в законе сообщающихся тел
ищи ответ на каждое движенье
души ли, рук…

Для нашей общей тени
едва ли что-то значит тёмный час,
когда есть ритм, уже ведущий нас
на край, где выдох сладок и отчаян,
где смыслы откровенны и просты
и где до первой утренней звезды
свирель поёт, и май на жизнь венчает.