Ну, всё!

(отрывок из неоконченного романа)

 

«Как же так?» – вероятно удивитесь вы. И будете по-своему правы.

Что ж, отвечу. Это я вдохнул жизнь в нашу планету, и хрен чем меня теперь остановишь.

***

Культурно отлежавшись с милой после нелёгкого возвращения из эмиграции и обтрескавшись лялиных блинов с капустой, я осознал внезапно, что вошёл в ту самую: зрелую, прекрасную – воистину золотую пору, когда любой нормальный мужчина, будь то простой Наполеон или дядя Веня из пожарки, вне зависимости от формы носа, финансового состояния или степени запущенности простатита, должен, наконец, задуматься о славе и мировом господстве.

***

Задумано – сделано.

00********* – я набрал номер госканцелярии Зин аль-Абидина бен Али и потребовал президента к телефону.

– Его Высокопревосходительство господин бен Али занят, перезвоните, пожалуйста, позже, – сухо ответил мне ихний секретарь, щеголяя, сука, чистейшим французским прононсом (дипломаты!).

– Чем? Чем можно заниматься в такую жару? – откровенно возмутился я, хотя за окном с утра было минус тридцать. – Вот что, приятель, передай-ка своему Зину, что на проводе Барамунда.

– Повторите, мсье. Медленнее, силь ву пле, – грациозно извернулась телефонная крыса, – и, желательно, по буквам. Я запишу.

– Я тут что, макаколюб, блин, африканский, диктовать тебе нанялся? Боря, Ася… ***се! Так и передай: Барамунда – шеф мировой закулисы. Из Вологды, – подумав, грозно добавил я, – от Ляли…

В целях конспирации я загодя отправил Ляльку на рынок – за пивасом и хавкой, а сам на всякий случай заперся в туалете, задраил скотчем все щели и периодически спускал воду, чтобы оградить себя от прослушки противником.

– С вами говорит прэсидэнт Зин аль-Абидин бен Али, мсье Бара…барра…мудра. Чем обязан?

– Нефтью, сука, масличными культурами! Халвой, финиками обязан. Особенно халвой! – недаром я всю ночь изучал Википедию на предмет возможного торга.

– А… это… ну… – осторожно уточнил Зин. – Каковы ваши полномочия?

– Абзохенвей, меркава и хаванагила!

– Я… я должен немедленно проконсультироваться с кабинетом…

Пока бен Али тёр свои политические тёрки (предварительно он, чуть не рыдая в трубку, упросил меня непременно дождаться маяка), один за другим я поднял за уши сонные секретариаты Хосни Мубарака, саудитского королевского гадюшника и в заключение лично наехал на лидера Ливийской Джамахирии.

Сначала пацанва по привычке лихо выгибала пальцы, грозила мне разбором на районе, выясняла: знаю ли я такого-то и такого… – тупо быковала, короче. Но лишь только я намекал им на свою особую роль в мировом заговоре, тут же тонко переходили на семь-сорок, приглашали оттянуться в баньку и звали братом.

Халва. В Вологде не сыскать приличной халвы. Ни арахисовой, ни подсолнечной: никакой. Даже в мэрии. Сметана 6%, девки, солёные грибы, ядерные боеголовки – всё как бы на уровне, а халвы нет… В ожидании откатов от перепуганной до полусмерти братвы, я вдруг представил себя крутым вологодским халвобароном: ларёк в центре у вокзала, менты на посылках, чёрные дилеры, бабло, вальс-бостон – всеобщий цимус и уважуха. Мне примерещились и мой новый жёлто-чёрный феррари, и цунг-терьер с косым пробором, и даже нетрезвая от брюта Ляля в розовом ондатровом боа…

«Кулиш! – подумалось мне. – Почему ИМ можно, а нам таки нет?»

– Шалом, брат Брахмамудра! – наконец, услыхал я в трубке усталый от д****ов голос президента бен Али. – Шесть сухогрузов с отборной халвой уже отчалили, мон кляйне френд, вышли из Хаммамета и держат курс на порт Архангельск.

Затем по очереди доложились и мистер Асад, и секретарь наследного принца Аль Сельфука, и новоиспечённый египетский брат Хосни. Последним в спешке отрапортовал полковник Каддафи. Неистовый Муаммар решил даже чуток прогнуться (от греха подальше) и выслал мне груз прямым воздушным рейсом

– Ма ассаляма, генацвали, – стандартно отвечал я, и каждый раз сливал воду. – Рот фронт! Гешефт! Но пасаран!

Как видите, мне хватило всего полутора часов обычного базара для того, чтобы флотилия из шестнадцати судов и целое крыло военно-транспортной авиации со свежей халвой на борту уже стремительно приближались к северу России.

Давненько дела на мировой арене не складывались для меня столь удачно…

***
– Открой, миленький, сил больше нет: так с мороза писать охота! – дверь уборной вдруг задрожала от нетерпеливого стука.

Я вроде бы как даже очнулся, лениво смахнул пепел с коленей, но было уже поздно: из-за стены послышался шум льющейся воды и лялина писклявая предъява:

– Из-за тебя, придурок, снова трусики застирывать….

– Да пошла ты! Ондатра, мля… – рука сама собою нашарила на полу зажигалку…

***

Морской флот без следа растворился где-то в Средиземке, воздушный – в небе, а мои сладкие мечты о ларьке и стриженом под Гитлера цунг-терьере – в отсыревших лялиных парашютах. Вдруг стало как-то не по себе:

– Обманули ж, падлы, ё-о-о… охохох…

Я затянулся покрепче… выдохнул… ещё раз втянул в себя дым…

Что ж, задумано – сделано! 00********:

– А подать мне сюда бен Ладена! – потребовал я. – …кто-о-о?! Барамунд в пальто!