Ла Игера. Последняя легенда.

Normal
0

false
false
false

RU
X-NONE
X-NONE

/* Style Definitions */
table.MsoNormalTable
{mso-style-name:”Обычная таблица”;
mso-tstyle-rowband-size:0;
mso-tstyle-colband-size:0;
mso-style-noshow:yes;
mso-style-priority:99;
mso-style-parent:””;
mso-padding-alt:0cm 5.4pt 0cm 5.4pt;
mso-para-margin-top:0cm;
mso-para-margin-right:0cm;
mso-para-margin-bottom:10.0pt;
mso-para-margin-left:0cm;
line-height:115%;
mso-pagination:widow-orphan;
font-size:11.0pt;
font-family:”Calibri”,”sans-serif”;
mso-ascii-font-family:Calibri;
mso-ascii-theme-font:minor-latin;
mso-hansi-font-family:Calibri;
mso-hansi-theme-font:minor-latin;
mso-fareast-language:EN-US;}

 

                                                         Эрнесто Гевара де ла Серне

 

                                              Прячется Южный крест

                                              В складках ночного знамени.

                                              К небу возносят блеск

                                              Искры – иуды пламени.

                                                              ( Бриллиантов А. «Кордильера»)

 

Че! Погашен костёр

И пропитана ливнем дорога,

Тянет кондор в зенит

Назревающий зной на крыле.

И индейское

красное солнце с порога

Жжёт ладони мозолистой

и заскорузлой земле.

 

День уже измождён,

Как шаги поредевшей герильи –

Задыхаться рождён:

Может, – астма, а, может, – беда.

Незаметно победа

свернула могучие крылья,

И маячит чертою

последнего боя гряда.

 

Ты остался один –

Иешуа для Нового Рима.

И взведён карабин,

И прозрела судьба палачей.

Смерть выходит на сцену –

она в этом действии прима.

Выстрел с шагом навстречу –

и вольно надышится Че.

 

И никчёмен разбор:

Здесь он прав, а вот здесь ошибался,

Как бессмысленен спор

О признанье величия Анд.

А неверно одно:

говорят, Боливар возвращался, –

Че – икона в сердцах…

или идол отчаянных банд.

 

Незаконченной речи

Меняются место и время.

Освещаются лица:

Христос, Боливар или Че, –

Нет, неравное бремя,

но жар справедливости вечен…

Но легенда – крестом

на истёртом до сердца плече…

 

А Голгофы забитых

И пылью подбитых провинций

Для дороги бессмертья

Обычаю равный маршрут.

Там пылают костры,

отжигая из сумерек лица,

Там пылают костры,

те,

что искры опять предадут…

 

                                                                         106