Под крик гусей стряхнули ивы
дремоту в синеву пруда,
сугробы умерли – мы живы,
а прядь седая – не беда.
Дорога – зеркалом разбитым,
в осколках – ноги, пол-лица,
судьба испытывает бытом
и наши чувства, и сердца.
Поверишь – многое изменим,
печали на ветру развей,
где облачко, воздушным змеем,
сорвалось с ниточек ветвей.
Навек останется, что свято –
слова любви, тепло руки…
а снег в кустах – бумагой смятой –
ушедших зим черновики.
Валерий Мазманян
Не верилось, что чувства охладели, рябины отцвели за две недели, куда-то делись золотые кудри – и одуванчик свой парик напудрил. Метались между будущим и прошлым, на травах яблонь цвет лежал порошей, утиный выводок скрывала ива, что не сбылось – всегда для всех красиво. Что на душе – твои сказали руки, слова страстей – порой пустые […]
Встревожит память уходящих лет крикливых чаек пересуд, где ивы горстью золотых монет бросают блики солнца в пруд. Начну винить кого-то – согрешу, не в тягость думать о пустом, а облачко прибилось к камышу бумажным скомканным листом. Для уток хлеб достану – и к воде, вспугну невольно сизаря, не ту струну в твоей душе задел, но […]
Сугробы дремлют тучные, под снегом ветка хрустнула, припомнитесь по случаю в мою минуту грустную. Ещё декада минула, луна уже в три четверти, зима – пора унылая холодным длинным вечером. Глаза закроешь – прошлое шумит в душе вокзалами, осталось – всё хорошее и слово запоздалое. С печалью справлюсь, с бедами, и лёд на речке тронется… но […]
бумагой с мятой
двойная свежесть)